В предыдущей части немного коснулся темы, что настоящая власть в России у сторонников и представителей правых демократических сил.
Как же так получается? Рассмотрим для примера страны Западной Европы. Победившая на Парламентских выборах партия вместе с коалицией формирует новый состав правительства. Для Германии, Франции, Англии невозможно представить ситуацию, чтобы представители карликовой партии при этом широко входили бы в состав Правительства, администрации Президента, Центральный банк и другие исполнительные органы, а также в крупные компании с государственным участием. Получается, что победившая «Единая Россия», как говорил Остап Бендер «На блюдечке с голубой каёмочкой» эту победу отдаёт в чужие руки. Голосуя за «Единую Россию», народ голосует за «Союз правых сил».
Почему-то считается, что только они имеют эксклюзивные права на управление экономическим развитием России.
Но практика экономического развития России их постоянна вынуждена поправлять. В 90-е и начале 2000-х они как мантру повторяли, что созданием новых производств не должно заниматься государство, для этого есть инвесторы, а мы должны только создать условия (благоприятный инвестиционный климат). К 2008-2010 годах в России с учётом кризиса уже полностью пришли к пониманию, что мы должны на основных стратегически важных направлениях создать корпорации с государственным участием или эти направления промышленности будут утрачены для России.
Сколько лет они искусственно поддерживали высокий уровень инфляции в стране за счёт постоянно увеличивающихся тарифов на топливно-энергетические ресурсы. При этом ставки кредитования коммерческими банками составляли величину порой 15-20%, а также требовалось значительное обеспечение кредитования. Это ставит крест на реализации крупных инвестиционных проектов, поскольку они никогда не окупятся. Только в последние годы этому вопросу стали уделять внимание.
В электроэнергетике, при существенно более дешёвых топливных ресурсах в России, цены (тарифы) на электрическую энергию сопоставимы с западными. Недорогие ТЭР — это как раз наше потенциальное преимущество для работы с инвесторами. В электроэнергетике до настоящего времени доминируют специалисты от Чубайса. Ценообразование на оптовом рынке непрозрачно. Недавно Чубайс доложил об успехах в строительстве новых ветроэнергетических станций в России. Но мало кто знает из потребителей, что электрическая энергия, производимая ими в разы дороже электрической энергии от станций на органическом топливе, и это всё в копилку повышения стоимости электрической энергии на оптовом рынке.
Критиковать всегда всегда легче, чем что-то создавать. Однако мною в 2010-2013 годах предлагались в Государственной Думе мероприятия по инвестициям в период экономического кризиса, внедрению проектного финансирования, оптимизации электро и теплоснабжения на основе строительства ТЭЦ малой и средней мощности. Материалы представлены на сайте и заинтересованные читатели могут с этим материалом ознакомиться. Отдельные банковские структуры и Правительство РФ кое-что из проектного финансирования начали применять, но в целом интерес был слабый.
Но вернемся к теме, оборудование для энергоэффективных парогазовых и газопоршневых электростанций закупается за рубежом. Отечественное двигателестроение было разрушено. В 1998 году новейшее только что созданное производство дизелей на «Русском дизеле» при участии Вяртсилы во Всеволожском районе Ленинградской области было закрыто и разрушено. Дизелестроение в сложном состоянии. В России вообще не выпускаются газопоршневые установки – технологическая основа малой генерации.
Отечественное промышленное газотурбостроение также было разрушено. Сейчас всем понятно, что Сименс нам его не поднимет, особенно в условиях санкций. Вся отечественная конструкторско-технологическая документация на промышленные (энергетические) ГТД большой мощности утрачена. Морские ГТД традиционно изготавливались на Южном турбинном заводе в Николаеве, который после 2014 года прекратил их поставки.
Разрушать легко, создавать существенно труднее. Объединённая двигателестроительная корпорация только в этом году смогла поставить первую отечественную дизель-газотурбинную установку для строящихся фрегатов и современные ГТД ПД-14 для гражданской авиации, о чём также сообщил Президент.
Обвинять западные корпорации, что они разрушили наши производства не серьёзно. Конкурентная борьба во всём мире считается нормой: выживают только сильные, и для этого все формы хороши, включая лоббирование своих интересов на основе различных форм заинтересованности, включая Правительственные структуры.
Так почему же, несмотря на постоянные провалы в экономике, правые демократические силы в России доминируют и диктуют условия экономического развития? Как мы видим большинство их идей имеют негативные последствия для страны.
Одна из серьёзных причин связана с особенностями политической деятельности в России. Правые демократические силы через Правительство РФ, Администрацию Президента постоянно генерируют новые идеи и планы, вплоть до Президента.
Другие партии занимают пассивную позицию в данных вопросах. Пропрезидентская партия «Единая Россия» вместо жёсткого диалога с властью, как победившая партия, о необходимости включения их представителей в Правительство РФ и Администрацию Президента ждёт команды от Президента. «Справедливая Россия», ЛДПР, КПРФ часто занимают популистскую позицию, что мол всё разворовали и т.д., голосуйте за нас и мы всё изменим. Ведь любая партия может создать сотни политических интернет-порталов и буквально подвергать жесткой обоснованной критике каждый неправильный шаг властных структур, популяризовать свои предложения и мониторить ход их исполнения во властных структурах, завоевывать и привлекать к работе новых сторонников. Возможностей много.
Общий недостаток всех основных партий России — отсутствие квалифицированных предложений, а также настойчивое их проведение в жизнь. Это связано с тем, что реально партии не готовы взять власть в свои руки, у них отсутствуют квалифицированные специалисты, способные генерировать обоснованные предложения, отсутствие своих представителей в Правительстве РФ и Администрации Президента, отсутствие финансовых возможностей сопоставимых с правыми демократическими силами.